<< Главная страница

Д.С.Лихачев. Градозащитная семантика успенских храмов на Руси




Успенский собор Московского кремля. Материалы и исследования. М 1985. Стр. 17-23.
Сохранено деление на страницы. Номера страниц проставлены внизу страницы. (Как и в книге.)
OCR "ЛИТ" 2002 по изданию:


Храмы, посвященные Успению Богоматери, занимают в культуре Древней Руси особое место. Три момента здесь привлекают наше внимание: их распространенность; расположение в центре оборонительных сооружений (кремлей, монастырей); единство традиционного архитектурного образа.
В этих особенностях исключительную роль играет мифология Успения: символы, легенды и традиции, сформировавшиеся главным образом во Влахернском и Киево-Печерском монастырях 1). Житие и Успение Божьей матери устанавливались по церковному преданию, а не по каноническим книгам. Апокрифические сочинения об Успении были хорошо известны на Руси, и согласно им строилась иконография Успения 2). Особой популярностью среди этих апокрифов пользовались "Слово Иоанна Богослова на Успение Божьей матери" и "Слово о Успении Божией матери Иоанна архиепископа Солунского", а также отчасти "Житие пресвятой Богородицы Епифания, иеромонаха обители Каллистратовы". Все эти сочинения довольно поздние, что и давало церкви основание относить их к числу апокрифических. Однако ни один из сюжетов апокрифов никогда не отвергался, они принимались и в иконописи, где многое из сказанного в них изображалось.
Согласно этим сочинениям, не только душа, но и тело Богоматери было "принято в небесную славу". Перед Успением апостолы (кроме Фомы) слетелись к Богоматери на облаках. Когда через три дня по кончине Богоматери прибыл Фома и пожелал проститься с ее телом, в гробе его не оказалось, а были только пелены - плащаница Богоматери.
По некоторым из рассказов, тело было объято светлым облаком, поднято и находилось между небом и землей (курсив наш.- Д. Л.). Именно поэтому Богоматерь называется в церковных песнопениях "легким облаком", "светлым облаком", "лествицей к небеси" (песнь 5-я 1-го канона). Пребывание Богоматери между небом и землей особенно подчеркивается в песне 4 первого канона: "Посмотрите, народы, и удивитесь: вот святая и наиболее видная гора Божия поднимается
__________________
1) См.: Лихачев Д. С. "Слово о полку Игореве" и культура его времени. Л., 1978. Здесь же указана предшествующая литература.
2) См.: Порфирьев И. Я. Апокрифические сказания о новозаветных лицах и событиях. СПб., 1890, с. 77-99.

17


все выше в небесные обители, небо земное поселяемо бывает в небесное и нетленное селение" 3).
Свидетелем Вознесения Богоматери, по некоторым апокрифам, был апостол Фома: Богоматерь сбросила ему пояс, которым ее опоясали апостолы в гробе. Этот пояс должен был "материально" доказать Фоме и другим апостолам, что Вознесение Богоматери совершилось на самом деле. Таким образом, пространство между небом и землей, воздух - стихия Богоматери. Многие из ее чудес совершаются именно в этом пространстве, не исключая и легендарных перенесений по воздуху ее икон - Тихвинской, Сосновской (Соловецкой), Толгской (Ярославской), Святогорской и др.
Существенно и то, что Иоанн Дамаскин (VIII в.) в своей гомилии на Успение говорит, что св. Пульхерия, построившая многие церкви в Константинополе, в первый год царствования императора Маркиана перенесла гроб Богоматери вместе с оставшимися в нем одеждами в Константинополь, в построенный в честь Богоматери храм во Влахерне. В дальнейшем этот монастырь, где хранились ризы Богоматери, сыграл совершенно исключительную роль в религиозном сознании русских и в установлении на Руси культа Успения.
Под 866 г. в "Повести временных лет" 4) рассказывается о поражении под Константинополем русских дружин, предводительствуемых Аскольдом и Диром. Русские ладьи, войдя в залив Суд, "много убийство крестьяном створиша, и в двою сот корабль Царьград оступиша". Император, находившийся вне Константинополя, едва смог войти в город для его защиты и вместе с патриархом Фотием всю ночь молился во Влахернском храме. Затем с песнопениями вынесли ризу Богородицы (ту самую, в которой ее погребали) и омочили ее в море. Была перед тем тишина, и вдруг возникла буря с ветром и великими волнами и разбила корабли русских. Только немногие из них возвратились домой.
Именно это событие способствовало особому почитанию русскими Богоматери, ее Успения и риз. Богоматерь стала покровительницей русского воинства, а праздник Покрова, посвященный ризам Богоматери,- праздником, который до XIX в. праздновался только в России. Ни в Болгарии, ни в Сербии, ни в Молдавии и Валахии этот праздник до освобождения Балкан от османского ига вообще не был известен.
Почему же событие, связанное с поражением Руси, стало знаком ее божественного покровительства, а Влахернский монастырь одним из самых почитаемых русскими паломниками? Здесь нужно принять во внимание и средневековую 'идеологию, и психологию. Наказание бо-жие, с точки зрения человека того времени,- это знак особой заботы бога о наказываемом. Наказывались русские язычники, победа же над ними греков-христиан была победой правоверных над неверными. Религиозные различия были для средневекового сознания важнее разли-
__________________
3) Сильченков К. Праздник Успения Божией матери.- Вера и разум, 1901, No 13, с. 55-76; No 14, с. 120-132; Скабалланович М. Христианские праздники: Успение пресвятой Богородицы. Киев, 1916, кн. 6, с. 43. :
4) Повесть временных лет. М.; Л., 1950, ч. 1, с. 19, пер. с. 215.

18



чий национальных. Все это позволяет понять особое "военное", "защитное" значение Покрова, Успения и самого Влахернского монастыря для Руси. Следует обратить внимание также на то, что победа над русскими, когда буря с ветром разметала их корабли, совершилась между небом и землей, в воздушной стихии, которая по представлениям того времени находилась в особой власти Богоматери.
Идейные основания построения Успенских храмов на Руси обнаруживаются также в Киево-Печерском патерике. Нас не интересуют источники рассказов Патерика о построении первого Успенского храма в Печерском монастыре, в данном случае важна идеологическая сторона легенд. Если основание Печерского монастыря в целом связывалось с Афоном (именно отсюда была перенесена в Киево-Печерский монастырь монашеская традиция), то основание Успенского собора - с константинопольским Влахернским монастырем.
Вот некоторые эпизоды из легенд, рассказанных владимирским епископом Симоном в его послании Поликарпу. Легенды эти восходят к варяжскому роду Африкана. Варяг Шимон пришел из Скандинавии к Ярославу Мудрому и получил при нем "великую власть": он был назначен старшим при сыне Ярослава Всеволоде. После смерти Ярослава Всеволод стал княжить в Киеве. Образовался княжеский триумвират-Изяслав, Святослав и Всеволод. Русское войско этих трех князей потерпело в 1068 г. страшное поражение от половцев при Альте. Среди мертвых и раненых на поле сражения лежал и Шимон. Согласно Киево-Печерскому патерику, он взглянул на небо и увидел там "церковь превеликую", вспомнил, что видел уже однажды эту церковь в небе, когда был спасен на море во время бури, и стал молиться Богоматери, Антонию и Феодосию Печерским. "И вот вдруг некая сила исторгла его из мертвецов", Шимон был по воздуху перенесен в Киев и оказался целым и невредимым. Здесь Шимон рассказал Антонию Печерскому следующие "дивные вещи": "Отец мой Африкан сделал крест и на нем изобразил красками богомужное подобие Христа,- образ новой работы, как чтут латиняне, большой величины в десять локтей. И воздавая честь ему, отец мой украсил чресла его поясом, весом в пятьдесят гривен золота, и на голову возложил венец золотой. Когда же дядя мой Якун изгнал меня из владений моих, я взял пояс с Иисуса и венец с головы его и услышал глас от образа; обратившись ко мне, он сказал: "Никогда не возлагай этого венца, человече, на свою голову, неси его на уготовленное ему место, где созидается церковь матери моей преподобным Феодосием, и тому в руки передай, чтобы он повесил над жертвенником моим". Я же упал от страха и, оцепенев, лежал, как мертвый; затем, встав, я поспешно взошел на корабль.
И когда мы плыли, поднялась буря великая (курсив наш.-Д. Л.), так что все мы отчаялись в спасении, и начал я взывать: "Господи, прости меня, ибо ради этого пояса погибаю за то, что взял его от честного твоего и человекоподобного образа!". И вот увидел я церковь наверху и подумал: "Что это за церковь?" И был свыше к нам голос говорящий: "Та, что будет создана преподобным во имя Божией матери, в ней же и ты положен будешь". И видели мы ее величину и высоту, если размерить ее тем золотым поясом, то двадцать мер - в ширину, тридцать -

19

в длину, тридцать - в вышину стены, а с верхом - пятьдесят. Мы же все прославили бога и утешились радостью великой, что избавились от горькой смерти. И вот доныне не знал я, где создастся церковь, показанная мне на море и на Альте, когда я уже находился при смерти, пока не услыхал я из твоих честных уст, что здесь меня положат в церкви, которая будет создана. И, вынув золотой пояс, он отдал его, говоря: "Вот мера и основа, этот же венец пусть будет повешен над святым жертвенником".
Старец же восхвалил бога за это и сказал варягу: "Чадо! С этих пор не будешь ты называться Шимоном, но Симон будет имя твое"" 5). Таким образом, Шимон из латинства перешел в православие, и, как явствует из дальнейшего рассказа, православными стали и все другие варяги, жившие вместе с ним: Симон оставил "латинское заблуждение и истинно уверовал в господа нашего Иисуса Христа со всем домом своим около трех тысяч душ и со всеми священниками своими".
Опуская подробности этой части легенды о построении Успенского собора Печерского монастыря и некоторые несообразности, отмеченные М. Д. Приселковым 6), следует обратить внимание на следующее: образ Успенского храма дважды является в воздухе. Один раз над полем битвы, другой - в бурю; оба раза он служит спасению - по воздуху переносится Шимон, и ветром прибивает к берегу корабль Шимона. "Свыше" даются, кроме зрительного образа, и пропорции, и точные размеры храма. Как и во влахернском чуде, "забота" Богоматери ведет к обращению язычников в православие.
Но на этом связь строительства Успенского собора в Печерском монастыре с Влахернским монастырем и его культом Богоматери не кончается. Другое "чудо", рассказанное в том же послании Симона Поликарпу, касается событий в самом Константинополе. Строители-греки (их было четверо) видели во сне Богоматерь, которая позвала их во Влахерны. Симон передает рассказ строителей: "И вот увидели мы Царицу (Богоматерь.-Д. Л.) и множество воинов при ней, мы поклонились ей, и она сказала нам: "Хочу церковь построить себе на Руси, в Киеве, повелеваю же это вам"". Далее в передаче Симона следуют практические распоряжения Богоматери, заканчивающиеся словами: ""Выйдите наружу, посмотрите церквь". И увидели мы церковь на небе". Далее Богоматерь дает строителям "наместную" икону - свой образ, получивший название Влахернской Богоматери. Нет необходимости передавать детали последующего изложения легенды о строительстве. Важно только, что храм трижды показывается на небе. Затем сам план церкви выжигается на земле небесным огнем и проявляется выпавшей росой. Посланные затем из Царьграда иконописцы чудесным образом видят Успенский собор уже построенным высоко на горе, над рекой.
__________________
5) Абрамович Д. Києво-печерський патерик. У Києвi, 1930, с. 1-5. Использую здесь и далее перевод Л. А. Дмитриева, помещенный в книге "Памятники литературы Древней Руси, XII век" (М., 1980, с. 413 и ел.).
6) Приселков М. Д. Очерки по церковно-политической истории Киевской Руси X-XII вв. СПб., 1913, с. 250 и др. Здесь отмечены противоречия Патерика и Жития Феодосия.

20


Эти легенды объясняют не только однотипность Успенских храмов на Руси, но и обычное для них расположение на горе, на крутом берегу, что сохраняется почти на тысячелетие.
Когда иконописцы-греки отказываются расписывать Успенскую церковь в Печерском монастыре и пытаются уехать на лодке назад в Константинополь, начинается, как и в двух первых случаях, сильная буря и ладья их сама идет вверх по Днепру против течения. Иконописцы рассказывают: "На другую же ночь снова увидели мы эту цер--ковь и чудную икону наместную, говорившую нам: "Люди, зачем напрасно мечетесь, не покоряясь воле сына моего и моей; если не послушаетесь меня и захотите бежать,- я возьму всех вас и прямо в ладье поставлю в церкви моей" 7).
Во всех этих "чудесах" виден характерный "почерк" влахернского культа Богоматери. Неудивительно, что изгнанный из монастыря печерский игумен Стефан сам создает в Киеве церковь "по подобию Влахернской", а монастырь, основанный им при церкви, получает название Влахернского.
Освящение Успенской церкви в Печерском монастыре произошло 14 августа, накануне дня празднования Успения, установленного в VI в. императором Маврикием в честь его победы над персами. Освящение церкви происходило, как явствует из текста Киево-Печерского патерика, в обстановке, подобной той, что описана в апокрифическом сказании о явлении со всех сторон света апостолов на облаках при Успении Богоматери. Митрополит Иоанн и все русские епископы - Иоанн Черниговский, Исайя Ростовский, Антоний Юрьевский, Лука Белгородский - были чудесным образом предупреждены и собраны в церкви Успения. Симон не решился, однако, утверждать, что они слетелись на облаках. Но митрополит при освящении церкви сказал: "Пресвятаа Богородице, якоже в свое преставление апостолы от конець вселенныа събравши в честь своему погребению, тако и ныне в освящение своея церкове собравши тех наместники и наши служебники" 8).
Связь Успенского собора с воздушной стихией на этом не кончается. В Патерике рассказывается, что, когда позднее разбойники хотели напасть на паству Феодосия и избить ее в Успенском соборе, храм спасает всех находившихся в нем, поднявшись в воздух: "И приидоша (разбойники.-Д. Л.) и се внезапу бысть чюдо страшно: от земля възят-ся церкви с сущими в ней и възыиде на въздух, яко не мощи им до-стрелити ея" 9).
Деятельным проповедником культа Успения Богородицы становится Владимир Мономах. В "Повести временных лет" рассказывается, что сын Симона-Шимона Георгий был послан Владимиром Мономахом в Суздальскую землю, "вдав ему на руки сына своего Юрия" (Долгорукого.-Д. Л.). Когда Юрий сел на княжение в Киеве, Суздальская земля была поручена "как отцу" Георгию Симоновичу.
Характерно завещание Георгия Симоновича, где он рассказывает о том, как Богоматерь защищала Русь от половцев со своего "города
__________________
7) Памятники литературы Древней Руси, XII век, с. 427.
8) Абрамович Д. И. Указ, соч., с. 15.
9) Там же, с. 53.

21


высокого": "Когда мы приходили с половцами на Изяслава Мстиславича, увидали мы издали ограду высокую и быстро пошли туда, а никто не знал, какой это город. Половцы же бились под ним и многие ранены были, и побежали мы от города того. После уже узнали мы, что это было село обители святой богородицы Печерской, а города тут никогда и не бывало, и сами живущие в селе том не знали о случившемся, и лишь на другой день вышедши, увидали, что произошло кровопролитие, и подивились бывшему" 10).
Успенский собор в Суздале был сооружен, как предполагает Н. Н. Воронин, во второй приезд Владимира Мономаха в Ростовскую землю, в 1101 - 1102 гг. "Дорога в Ростовскую землю лежала через Смоленск; здесь в 1101 г. был построен Мономахом кирпичный собор" 11), и тоже в честь Успения. Так, на обеих окраинах Руси, на западе и востоке, в Смоленске и Суздале, в один год были построены два Успенских собора, и одновременно вокруг них воздвигались земляные валы кремлей 12).
Не касаясь темы дальнейшего распространения Успенских храмов на Руси, следует еще раз отметить, что традиция культа Успения и образ Успенских храмов на Руси, четырежды показанный самой Богоматерью, согласно легендам, в воздухе, связаны с Влахернским храмом.
Нет ничего удивительного в том, что Аристотель Фиораванти следовал установившемуся на Руси облику храмов при строительстве московского храма Успения. Числовые соотношения высоты, длины и ширины собора, положенные в его основание, имели определенное мистическое значение 13). В самом деле, число "10" считалось пифагорейцами самым совершенным числом, положенным в основание всего существующего, а производные от десяти - заключающими это совершенство. Число "100" есть десять, помноженное на десять, и воспринимается как наивысшее совершенство. Именно это число "100" составляется в .сумме трех чисел, указанных варягу Шимону для построения храма Успения: 20+30+50=100. Секст Эмпирик так излагает учение пифагорейцев о числе "десять". "Четверицей у них (пифагорейцев.- Д. Л.) называется число десять, которое является суммой первых четырех чисел, потому что один да два, да три, да четыре есть десять. Это число является самым совершенным, потому что, приходя к нему, мы снова возвращаемся к единице и начинаем счет сначала. "Вечно текущей природы имущую корень неточный" они назвали ее потому, что, по их мнению,
__________________
10) Памятники литературы Древней Руси, XII век, с. 455. Город в Древней Руси отличался от села прежде всего наличием стен: значит, чудо Богоматери заключалось в том, что она окружила свое село городскими стенами и тем его защитила.
11) Воронин Н. Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XII-XV вв. М., 1961, т. 1, с. 29, 34 и др. См. подробнее: Воронин Н. Н., Раппопорт П. А. Зодчество Смоленска XII-XIII вв. Л., 1979, с. 25-36.
12) Остатки Успенского собора Мономаха были открыты Н. Н. Ворониным под сохранившимся собором Рождества Богоматери. См.: Воронин Н. Н., Раппопорт П. А. Указ, соч., с. 35-36.
13) На возможность такого значения было указано Б. В. Раушенбахом в сентябре 1979 г. на конференции Музеев Кремля "Уникальному памятнику русской культуры Успенскому собору Московского Кремля - 500 лет".

22

в ней залегает смысл совокупности всего, как, например, и тела, и души" 14).
Согласно данным Киево-Печерского патерика, сообщенным все тем же владимирским епископом Симоном, Успенский храм в Суздале был создан Владимиром Мономахом "всемъ подобиемъ" Успенскому собору в Киево-Печерском монастыре: "в высоту, и в широту, и в долготу... в ту же меру" 15). Однако археологические исследования А. Д. Варганова и Н. Н. Воронина показали, что мономахов собор в Суздале был значительно меньше своего образца. Это дало основание Н. Н. Воронину предполагать неточность в сообщении Киево-Печерского патерика 16). Однако если иметь в виду символическое значение чисел, то следует думать, что для строителей Успенских храмов основное значение было в числовых соотношениях, пропорциях, а не в реальных размерах. И действительно, Успенские храмы и после строились на Руси однотипно, но разных размеров. Это подтверждает предположение о том, что Аристотель Фиораванти перед строительством нового Успенского собора в Московском Кремле интересовался только Успенскими храмами и не мог особенно полагаться на "авторитет" такого храма, как Софийский собор в Новгороде, как полагают некоторые исследователи. София могла для него быть, скорее всего, "художественным" образом, но не символическим образцом, подобно Успенским храмам Московии.
__________________
14) Секст Эмпирик. Соч.: В 2-х т. М., 1976, т. 2, с. 167. О мистическом значении числа "10" см.: Трубецкой С. Н. История древней философии. М., 1906, ч. 1, с. 76-77.
15) Абрамович Д. И. Указ, соч, с 12.
16) Воронин Н. Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XII-XV вв. М., 1961, т. 1, с. 27- 32.

23
Д.С.Лихачев. Градозащитная семантика успенских храмов на Руси


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация